ГЛАВА 8.

        Утром, наскоро перекусив, Кавригин вместе с Алексеем и Иваном, отправился в путь.
        — Ну, что, взяли мешки под орехи? – Поинтересовался генерал, садясь на Быстрого.
        — Да не за орехами мы едем. – Объяснил Алексей. – На Преображение у Елены Сергеевны День рождения. Недавно осторожно выяснили, что ей очень нравятся изделия нашего Федоскинского промысла. Вот и решили сегодня поехать на эту фабрику-артель, заказать что-нибудь для нее. А Вас взяли с собой, чтобы показать Вам те места. Они просто необыкновенные!
        Иван Иванович с благодарностью кивнул ему. Переехав железнодорожное полотно севернее Хлебниково, они утоптанными узкими лесными дорожками выехали на Дмитровский тракт, миновали несколько крестьянских поселений, и примерно, через час оказались на дороге, ведущей в Федоскино.
        Кругом золотились поля, а чуть дальше начинался смешанный подмосковный лес. Быстрый смиренно подчинялся своему новому хозяину. Иван Иванович уже полюбил своего скакуна. Интересно, что и задиристый конь чувствовал настроение наездника. Поэтому, когда Кавригин увидел вдалеке на пригорке маленький деревянный храм, Быстрый пошел медленнее, будто желая дать возможность генералу полюбоваться необычайной картинкой, созданной самой природой.
        Фабрика оказалась закрытой, но возращения хозяина из Москвы ожидали с минуты на минуту. Братья предложили Ивану Ивановичу пройтись по селу, некогда относившемуся к числу патриарших вотчин. Ведь Федоскино известно еще с начала ХУП века. Уже тогда на самом высоком его месте, на красивом берегу реки Уча существовал Никольский храм. Именно с него и пожелали начать осмотр Алексей и Иван. Кавригин не стал сопротивляться.
        Вокруг храма на небольшом расстоянии лежали церковные земли, на которых стоял и дом священника. Чуть подальше – находился погост. Однако, подойдя к храму, они увидели на его двери большой амбарный замок. Ивану Ивановичу сразу же бросилась в глазах новизна здания храма.
        — Как же так получается, само село очень старинное, а храм – совершенно новенький? – недоумевая, спросил генерал.
        — Это уже третий храм на берегу Учи, – объяснил Иван. – Первый, тоже деревянный, посвященный Святому Николаю Чудотворцу, вследствие обветшания был перестроен, поставлен на каменный фундамент и дополнен стройной колокольней еще в 1684 году. Храм на протяжении двух веков всегда был очень любим своими прихожанами: как сами федоскинцами, так и жителями соседних поселений - Данилково, Горюшкино, Семенищево, Крюково. Хотя в Горюшкино с 1773 года существовала своя небольшая церковь Владимирской иконы Божьей Матери, сердца многих верующих все равно тянулись к Никольской святыни. В конце ХУП века, Федоскино, являясь одной из патриарших вотчин, удостоилось великой чести: в июле 1696 года сам Святейший Патриарх Андриан принимал участие в вечернем и утреннем богослужении церкви Святителя Николая. И, конечно же, такое событие сделало этот храм еще более притягательным для всех верующих. Но 2 марта 1875 года в селе Федоскино, где проживало большое количество людей и работала фабрика лаковой миниатюрной живописи, случилось несчастье: сгорел Никольский храм. Однако и эта беда оказалась поправимой. Вскоре настоятель Никольского храма отец Сергий(Леонардов) и почитаемый владелец местной фабрики Петр Александрович Лукутин обратились в Синод с прошением дозволить построить на прежнем месте новый деревянный храм в честь того же Святого Николая Мирликийского, чтобы поддержать религиозное чувство в прихожанах и сохранить память о духовном прошлом села. До постройки нового храма было решено проводить богослужения в приписной Владимирской церкви в Горюшкино. Вместе с тем, Владимирская церковь к этому времени также находилась в ветхом состоянии, и Мария Николаевна Мансурова - жена члена Государственного Совета, статс-секретаря и тайного советника Бориса Павловича Мансурова, предложила разобрать Владимирскую церковь, взамен ее построить новую, а старые ее деревянные части употребить на воссоздание Никольского храма. Однако оставлять сразу несколько населенных пунктов без церкви оказалось невозможным. Поэтому исполнить свои замыслы Марии Николаевне не было дозволено. Но не прошло и двух лет, как в 1877 году на пожертвования Петра Александровича Лукутина, Марии Николаевны Мансуровой и многих прихожан, здесь, в Федоскино была отстроена по проекту Александра Николаевича Померанцева новая, крытая железом, на каменном фундаменте, с колокольней Никольская церковь. Она получилась твердой, с оштукатуренными стенами внутри, но, к сожалению, без печки.
        — Знаете, Иван Иванович, - включился в разговор Алексей, - признаюсь Вам, я иногда сюда один приезжаю, чтобы постоять около необыкновенной иконы Николая Чудотворца, находящейся в храме. Мне кажется, она обладает такой силой, что стоит перед ней обратиться к Святому со своими насущными проблемами, бедами – вскоре все разрешается само по себе. Очень жаль, что не могу показать ее Вам, храм сегодня, видимо, не откроется…
        В этот момент вдалеке послышался приближающийся топот копыт. Кто-то очень быстро скакал на коне по проселочной дороге. - Вот, кажется, и хозяин фабрики прибыл. – Обрадовался Алексей. – Только он так летает на своем скакуне… Вперед, господа!
        Буквально через несколько минут все трое уже стояли у дверей фабрики и выясняли между собой, что же лучше приобрести для Елены Сергеевны. Мнения разделились. И тогда Иван Иванович обратился за советом к самому хозяину. Тот показал им много различных вариантов женских украшений и шкатулок. Братья остановились на красивой броши, а генерал выбрал небольшую шкатулку с изображением зимнего пейзажа села Федоскино с Никольским храмом. Поблагодарив хозяина промысла и выписав чеки за приобретенные подарки, они вскоре двинулись в обратный путь.
        У имения пропавших родственников встретила Елена Сергеевна:
        — Могу вас обрадовать, дорогие господа, к обеду вы уже опоздали. Но тетушка распорядилась накормить вас, как только вы прибудете. Сегодня она на вас почему-то не сердится. А где же орехи?
        Только сейчас Кавригин понял, какую оплошность они допустили, не нарвав орехов по пути в лесу. И тут в его голову пришла интересная мысль.
        — Елена Сергеевна, милая, какие орехи? - глубоко вздохнул он. – Хорошо, что сам живым вернулся… Я думал, Быстрый и меня по дороге потеряет, не только орехи! Видно не понравились они ему, скинул мешок с себя, а подбирать с земли уж не стали…
        Все рассмеялись. Дальнейших расспросов не последовало.

        … К вечеру поднялся ветер и заморосил дождь. Обычная верховая прогулка отменялась. Вместо этого, хозяйка дома предложила всем поиграть в карты, удобно расположившись в гостиной. Однако Елена Сергеевна почти сразу же заметила, что игра в карты не доставляет никакого удовольствия Ивану Ивановичу. Выбрав удобный момент прекратить пустые картежные состязания, она села за рояль и начала музицировать.
        Уснуть этой ночью Кавригин уже не мог. Одухотворенное лицо Елены Сергеевны неотступно стояло перед его глазами. Еще недавно, считая себя человеком пожилым, отставной генерал вовсе не думал о женщинах. Но встреча с прекрасной родственницей заставила его в корне пересмотреть свои взгляды. Желание никогда не расставаться с этой женщиной завладело им. И он понял, что наконец-то влюбился.


назад          дальше

дизайн:Сергей Григорьев E-Mail
дополнение дизайна - Виктор Махнев